?

Log in

No account? Create an account

July 2018

S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Tags

Powered by LiveJournal.com

Нерецензия на нелюбовь

Мне так не хотелось писать свои впечатления от звягиновской нелюбви, что я даже вдарилась во все тяжкие, который мне преподнесли как сериал всех времен и народов. И в результате все смешалось в моем киновосприятии, все прям скрестилось, как конь и трепетная лань в одном флаконе.  И теперь я мучительно отскребаю Звягинцева от стен городка Альбукерке, потому что так я обещала общественности - отскрести и высказаться.

Сразу скажу - фильм Звягинцева - цельная и достаточно прекрасная штука кино, и то, что вначале я назвала эту штуку бездарной, ничего не меняет. Я, как и подавляющее большинство тронутых русской культурой человеков, под талантом подразумеваю брызжущий солнечный дар, моцартовское начало, пушкинскую гениальную легкость пера и прочих инструментов. Талант - это подарок, Божий дар, который нельзя зарывать, а надо опять же дарить людям. Тяжелая поступь таланта европейской закваски - типа Бальзака - нам понятна, но понятна головой, не сердцем. Трудная, вымученная, выстраданная вещь не близка тонкой русской душе. Тут было бы уместно вспомнить Брюллова и Александра Иванова, с его абсолютно гениальной картиной, но разве ёкает что-то у кого-то при взгляде на "Явление Христа"? Разве что только у искусствоведов.

И тут мы плавно переходим к ёканию. Художественное произведение без ёкания для русского человека - звук пустой. Где ёкает - там, значит, и талант, где цепляет - там и хорошо, Левитан - о да, это талантище! Шишкина любить как-то странно даже. Мало лиризма. Вся русская литература построена на лирическом начале, так или иначе. И на нем же выстроена в сто раз более суггестивная машина советского кино, которая вся работала на вызывании чувств, на лирике, на любви к чему-нибудь. Наш зритель, вечно со слезами на глазах, сильно развратился от этих слез. Ему обязательно надо любить и сочувствовать, он привык к катарсису как к героину.

Так называемое интеллектуальное кино, естественно, имеет свою аудиторию, крошечную, как и во всем мире. Всякие артхаусы получают премии и вызывают чей-то восторг. Но стоит такому фильму выйти на массовую аудиторию - да все только плюнут и дальше пойдут, ибо "не цепляет", не заплачешь и даже не поржешь. А воспринимать кино как произведение искусства, как, скажем, "Лес" Шишкина, у которого никто не плачет и не ржет,, наша аудитория никак не в состоянии - а для чего тогда кино, кроме как за нервы подергать и "стать капельку лучше"?

И тут фильм Звягинцева преподносит сюрприз-обманку в виде сюжета, уже известного всем, и априори цепляющего за нервы даже в двухсложном пересказе. Мальчик исчез, мальчик плачет, мальчика ищут, труп мальчика - ну как тут не увидеть главную русскую линию на слезовышибание? Каждый мнит себя в душе Алешей Карамазовым с его "Расстрелять!", и каждый знает, что его-то нравственное чувство не подведет в нужный момент.

Слёзный сюжет есть, но фильм, конечно, снят совершенно вне русской вотэтойвот традиции. И это всех жесточайше оскорбило. В фильме нет сочувствия и любви ни к кому - а зритель ищет, ищет, за кого бы зацепиться, над кем очистительно взрыднуть. А находит только холодный, как у Снежной Королевы, взгляд режиссера, фиксирующий события - и сам застывает, спрашивая себя - а зачем пришел?

Трудная ситуация, конечно. Фильм, снятый как произведение искусства, с акцентом на эстетику, со сложной композицией, с офигенно продуманным кадром, с очень трудно (я так думаю) создаваемым эффектом "безоценочной" съемки, - и вдруг пущен в общий прокат как чуть ли не триллер про  пропавшего ребенка. Конечно, многие обломались. И, конечно, сразу поперла политика - ведь в фильме нравиться нечему, а приз ему таки дали. Это огромное противоречие, больше, чем вы думаете. Потому что "Летят журавли", попадающие каждому в сердце - вот эталон того, что должно нравиться мировому жюри, которое заслуженно награждает наше за наше. Наградившие наше за "не наше", за чуждое, должны были на то иметь, конечно же, другие причины.

Либералы уверены, что фильм приняли на ура за вскрычу язв и художественное обличение страшного упадка нашей страны, ну, примерно, как это произошло с "Учеником" - эталонно плохого фильма, кстати. Кадры, где вещает Киселев или где девушка с Россией на груди идет на тренажере, простенько символизируя бег на месте потерявшейся в зиме державы, сделали для них картину по-любому - эти кадры им хоть в мультик вставь, все равно восторг обеспечен. Теперь всему миру ясно, что происходит в современной России, теперь-то уж все поймут!

Патриоты возненавидели фильм еще до рождения, вопя про очернительство. Гадкая семья - это очернение России, в которой есть прекрасные семьи, а фильм почему-то не про них. Сумасшедшая бабка - это очернение России, в которой есть чудесные, светлые бабушки. Долгая съемка разрушенного здания - мерзкое очернение и дешевая символятина, означающая, что в России все плохо. И вообще - после такого фильма Россию не полюбишь, вот что главное!

Ну что сказать, два сорта идиотов, простите мне мой френч, даже возражать нечего, кроме вечного - "Искусство никому ничего не должно". Искусство явно что-то обличающее или воспевающее - это всегда самый нижний уровень потребления и созидания.

Есть еще группа, не оценивающая фильм по дешевым либерально-патриотичным критериям, а гневающаяся именно на то, что они сами называют бессмысленностью, а я называю отсутствием лиризма. Восклицают - почему так все медленно? Восклицают - почему так много цитат (сами ликуя, что узнали и Брейгеля, и Тарковского)? Почему волонтеры занимают больше половины фильма, опять-таки не вызывая никаких чувств, кроме естественного желания вступить в их ряды, но не ради же этого все снималось? Почему так много секса? И почему этот секс так бессмысленен? У нас ведь как принято - секс должен быть под каким-то соусом. Например, соусом лирики и светлой любви - контр-ажур, светлые тела кусками, глаза, руки, букет на окне. Или соус страсти - разбитые вещи, бешеные крики, дрыгающиеся мускулы. Или соус эротики. Или гнева на что-то плохое, педофилию, например, инцест или спанье с фашистом. Тут можно сильно выпендриться - гадкие ракурсы, подчеркнуто животное начало и т.д.

Звягинцев снимает много (по времени) постельных сцен и снимает гениально безоценочно. Это трудно оценить нашему зрителю, который безоценочный секс воспринимает как немецкое порно. Но и порно имеет свои худзаконы - яркий свет, например. А тут все выглядит так, как если бы вы лично стояли и смотрели, и вам было бы пофиг на то, что происходит. Думаете, просто так снять? Дико сложно.

Спрашивается, а зачем тогда вообще снимать? Ни уму, ни глазу, ни сердцу.  И как тут  снова не пырнуть политодаренных - либералы видят в этом сексе саму великую НЕЛЮБОВЬ во всех смыслах, а патриоты, ну эти, как обычно, очернительство русских людей, которые всегда спят со смыслом, а не вот так вот.

А снято это по одной единственной причине - такая у режиссера была задача. И ставил он ее перед собой сам. Мы можем только догадываться, как он ее для себя формулировал - показать простожизнь, увиденную инопланетяном? Это сделано блестяще. Инопланетянин смотрит - инопланетянин видит. Что-то фиксирует для памяти, что-то кажется совсем непонятным, что-то занимает - как, например, волонтеры. Никаких оценок - лишь холодный интерес.

Это была бы достойная задача, и я бы аплодировала стоя ее реализации - блестящая съемка, блестяще переданный взгляд наблюдателя, не вовлеченного в процесс ни на секунду.

Но в жизни все проще - Звягинцев снял фильм исключительно для того, чтобы получить высокую оценку профессоинального жюри, и более ни для чего. И не надо оскорбляться тому, что фильм не для вас, забудьте уже про самое народное из искусств. Хватит уже вопрошать - что хотел сказать художник? Задолбанная по жизни этим вопросом и квадратом Малевича, который тащится за мной неотвязно, как кармическая гиря, я оправданно нервно реагирую на этот вопрос, когда мне тычут им в Джоконду или Целкова.

Художник всегда хочет сказать одно - что он профессиональный художник и что получше многих других будет. Художник всегда хочет быть оцененным профессионалами (а если это сулит финансовые бонусы - так и втройне). Оценка одного единственного уважаемого творцом профессионала значит для него в мильены раз больше, чем народное негодование или восторг других мильенов. И Звягинцев, сделавший шикарный фильм, ни зацепивший ни одного сердца, кроме совсем уж истеричек, не выносящих простого словосочетания "ребенок потерялся", конечно, очень счастлив, что его оценили.

А то, что я назвала фильм бездарным - ну так да, он не собор Моне и не пушкинское четверостишье, и талантом от него не веет - в моем понимании. Но я стараюсь очень хорошо усвоить, что мое понимание - не венец истины, что вещь, созданная профессионалом для профессионалов имеет иные критерии и судится по иным законам - "по законам, им самим над собою признанным". Им и Каннским фестивалем.

А что касается "Во все тяжкие" - вот это да, и цепляет, и не отпускает, и все как у нас, в России, положено, смотрите его, очень рекомендую.

Comments

- Звягинцев снял фильм исключительно для того, чтобы по

Точно. Свое самолюбие почесать и кошелек порадовать, на зрителей ему плевать.

Re: - Звягинцев снял фильм исключительно для того, чтобы

Но это естественно для любого профессионала, но все почему-то оскорбились) Какому-нибудь там генетику плевать на мою оценку его нужности для мира или качества его работы, но я ж не оскорбляюсь.
Ох, не жалеешь ты себя. Сначала смотреть, потом столько отписать. Считаю, что режиссер у тебя в долгу)) Смотреть фильм не буду, полагаю, он вряд ли может быть интереснее твоей рецензии, во-первых, а во-вторых, я не профессионал, а значит, снято не для меня. Ну и зачем тогда оно мне надо, пусть смотрят в тесном междусобойчике и друг друга хвалят.